Случайный афоризм
Очень оригинальный человек часто бывает банальным писателем и наоборот. Лев Шестов
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе
Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

смотрю сюда.
- А я - нет.
- Еще бы! - усмехнулся Головко. - Вы должны сейчас закрывать глаза и спать. Но
мы выйдем на берег!
- И что тогда?
- Не знаю, - безразлично ответил Головко. - Может быть, ничего. Или все.
- Я не хочу! - воскликнул Жукаускас, вставая с кровати. - Мне достаточно меня и
всего остального... Мне не надо...
- Это и есть вы, и все остальное. И синяя лошадь.
- Плевать, - сказал Софрон. - Это просто сон, и все.
- Сон - это все, - улыбаясь, произнес Головко. В каюту постучали.
- Войдите! - одновременно проговорили Абрам и Софрон. Дверь открылась, вошел
маленький матрос в тельняшке и черных штанах.
- Заелдыз, приятели, - сказал он шепотом. - Наш капитан передает вам, что через
полчаса он высадит вас в Кюсюре. Будьте готовы: мы очень тихо подойдем к берегу,
и вы спрыгните. Да здравствует ЛДРПЯ!
- Ура, - прошептали Жукаускас и Головко. Дверь закрылась, матрос ушел.
- Вот так, - серьезно сказал Головко, - смотришь на прекрасные вещи, и что-то
начинается.
- Вот и наступило время действовать, - удовлетворенно заявил Софрон. - Вы все
запомнили, что нам говорили? Приплыть в Кюсюр, найти агента по имени Август,
сказать опять же <заелдыз>, спросить у него местонахождение следующего агента и
пароль, и потом - снова в путь. Вам Дробаха, надеюсь, не забыл дать партийных
денег?
- Путь - все, движение - ничего, - произнес Головко. - У меня много денег. Может
быть, они уже ничего не стоят. Хотите взять тысячу рублей?
- О, - обрадованно сказал Софрон, - пусть они пока будут у вас. Это же рабочие
деньги, а не просто так. Вообще - гнусное слово <рубль>. Я думаю, когда мы
добьемся самостоятельности в составе Америки, у нас будет, скажем... якутский
доллар. Или своя единица.
- У меня много денег, - повторил Головко, засовывая руку в карман. - Впрочем, я
могу все оставить у себя. Мне кажется, лучше иметь свою денежную единицу. Я
предлагал Дробахе. Я считаю, что она должна называться рублейчик.
- Рублейчик? - Переспросил Софрон, садясь на стул. - <Что это?
- Это новая якутская денежная единица, готовая конкурировать с долларом. Она
называется <рублейчик>, и это название указывает на то, что это все-таки бывший
рубль. Ведь мы не должны так просто перечеркивать нашу историю! А заимствовать
какую-то известную денежную единицу, типа марки, или йены, значит, не уважать
себя. Именно поэтому, я говорю: рублейчик. Дробаха почти согласился.
- Но ведь это очень сложно, дорого! Печатать эти <рублейчики>. Надо хотя бы
первое время перейти на доллары. А уже потом... Да и глупо как-то...
<Рублейчик>! Почему не <рублик>?
- Послушайте, - усмехаясь, сказал Головко, - вы меня извините, но вы прямо как
идиот какой-то, ей богу. Не обижайтесь! Ну а если б я сказал <рублик>, вы бы
меня спросили: <Почему не рублейчик?> Да?
- Да нет... - обескураженно промолвил Софрон, - просто можно какое-нибудь более
якутское слово... Например, <рублях>... Или, вообще, никаких рублей.
- Это в комитете <Ысыах> хотят все исключительно якутское, - немедленно ответил
Головко. - А у нас - многонациональная страна. Мы - якутяне, а уже потом якуты,
или литовцы, - Жукаускас поморщился, - и, между прочим, суффикс <эйчик>
существует в древнеякутском языке, а слово <лейч> на хоринском диалекте
древнеякутского значит <бабка лошади>.
- Ну и причем здесь бабка лошади?! - возмущенно воскликнул Софрон.
- А при том, что где лошадь, там и якут. Нет ничего более якутского, чем лошадь.
Итак, этот суффикс в сочетании с русским корнем [рубл' ] дает прекрасный пример
русско-якутского прошлого и нового якутянского настоящего нашей страны. Нечто
более якутское в названии уже было бы национализмом.
- А тунгусы? - спросил Софрон. - Они ведь никак не отражены в этом названии!
- Ну знаете, - расхохотался Головко. - Вы просто невозможны. Мало ли кто у нас
живет! Армяне тоже есть. Надо всегда выделять главное. Зато копейка у нас станет

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 : 142 : 143 : 144 : 145 : 146 : 147 : 148 : 149 : 150 : 151 : 152 : 153 : 154 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.