Случайный афоризм
Тот, кто пытается стать писателем, подобен не окончившему автомобильной школы шоферу, который на полной скорости гонит по улице машину. Рюноскэ Акутагава
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе
Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

смотрю сюда.
- А я - нет.
- Еще бы! - усмехнулся Головко. - Вы должны сейчас закрывать глаза и спать. Но
мы выйдем на берег!
- И что тогда?
- Не знаю, - безразлично ответил Головко. - Может быть, ничего. Или все.
- Я не хочу! - воскликнул Жукаускас, вставая с кровати. - Мне достаточно меня и
всего остального... Мне не надо...
- Это и есть вы, и все остальное. И синяя лошадь.
- Плевать, - сказал Софрон. - Это просто сон, и все.
- Сон - это все, - улыбаясь, произнес Головко. В каюту постучали.
- Войдите! - одновременно проговорили Абрам и Софрон. Дверь открылась, вошел
маленький матрос в тельняшке и черных штанах.
- Заелдыз, приятели, - сказал он шепотом. - Наш капитан передает вам, что через
полчаса он высадит вас в Кюсюре. Будьте готовы: мы очень тихо подойдем к берегу,
и вы спрыгните. Да здравствует ЛДРПЯ!
- Ура, - прошептали Жукаускас и Головко. Дверь закрылась, матрос ушел.
- Вот так, - серьезно сказал Головко, - смотришь на прекрасные вещи, и что-то
начинается.
- Вот и наступило время действовать, - удовлетворенно заявил Софрон. - Вы все
запомнили, что нам говорили? Приплыть в Кюсюр, найти агента по имени Август,
сказать опять же <заелдыз>, спросить у него местонахождение следующего агента и
пароль, и потом - снова в путь. Вам Дробаха, надеюсь, не забыл дать партийных
денег?
- Путь - все, движение - ничего, - произнес Головко. - У меня много денег. Может
быть, они уже ничего не стоят. Хотите взять тысячу рублей?
- О, - обрадованно сказал Софрон, - пусть они пока будут у вас. Это же рабочие
деньги, а не просто так. Вообще - гнусное слово <рубль>. Я думаю, когда мы
добьемся самостоятельности в составе Америки, у нас будет, скажем... якутский
доллар. Или своя единица.
- У меня много денег, - повторил Головко, засовывая руку в карман. - Впрочем, я
могу все оставить у себя. Мне кажется, лучше иметь свою денежную единицу. Я
предлагал Дробахе. Я считаю, что она должна называться рублейчик.
- Рублейчик? - Переспросил Софрон, садясь на стул. - <Что это?
- Это новая якутская денежная единица, готовая конкурировать с долларом. Она
называется <рублейчик>, и это название указывает на то, что это все-таки бывший
рубль. Ведь мы не должны так просто перечеркивать нашу историю! А заимствовать
какую-то известную денежную единицу, типа марки, или йены, значит, не уважать
себя. Именно поэтому, я говорю: рублейчик. Дробаха почти согласился.
- Но ведь это очень сложно, дорого! Печатать эти <рублейчики>. Надо хотя бы
первое время перейти на доллары. А уже потом... Да и глупо как-то...
<Рублейчик>! Почему не <рублик>?
- Послушайте, - усмехаясь, сказал Головко, - вы меня извините, но вы прямо как
идиот какой-то, ей богу. Не обижайтесь! Ну а если б я сказал <рублик>, вы бы
меня спросили: <Почему не рублейчик?> Да?
- Да нет... - обескураженно промолвил Софрон, - просто можно какое-нибудь более
якутское слово... Например, <рублях>... Или, вообще, никаких рублей.
- Это в комитете <Ысыах> хотят все исключительно якутское, - немедленно ответил
Головко. - А у нас - многонациональная страна. Мы - якутяне, а уже потом якуты,
или литовцы, - Жукаускас поморщился, - и, между прочим, суффикс <эйчик>
существует в древнеякутском языке, а слово <лейч> на хоринском диалекте
древнеякутского значит <бабка лошади>.
- Ну и причем здесь бабка лошади?! - возмущенно воскликнул Софрон.
- А при том, что где лошадь, там и якут. Нет ничего более якутского, чем лошадь.
Итак, этот суффикс в сочетании с русским корнем [рубл' ] дает прекрасный пример
русско-якутского прошлого и нового якутянского настоящего нашей страны. Нечто
более якутское в названии уже было бы национализмом.
- А тунгусы? - спросил Софрон. - Они ведь никак не отражены в этом названии!
- Ну знаете, - расхохотался Головко. - Вы просто невозможны. Мало ли кто у нас
живет! Армяне тоже есть. Надо всегда выделять главное. Зато копейка у нас станет

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 : 142 : 143 : 144 : 145 : 146 : 147 : 148 : 149 : 150 : 151 : 152 : 153 : 154 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.