Случайный афоризм
Наша эпоха опасно играет печатными силами, которые похуже взрывчатых веществ. Альфонс Доде
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе
Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

- А кто их знает, - сказал Идам, - они, вроде, хотят Якутию отделить. Деньги мне заплатили.
- Ага... - кивнул Часатца, - понятно... А тебе что здесь надо?! - он подошел к Илье Ырыа.
Ырыа весело захохотал, развел свои руки в стороны, выставил левую ногу и проговорил нараспев:
- Я и я, цуп и цуп, поэт и поэт, билет и билет, Якутия и Якутия есть и есть Бог и Бог. Мне все равно; я -
высшее создание, я воспою вас, я могу вас уничтожить, не воспев. Молитесь мне, слушайтесь меня,
пужыжа, гажажа, рузика. Масалюда жоня.
- Ясно, - сказал Часатца. - Мне все ясно.
- Слушаю вас, - вопросительно обратился к нему Энгдекит.
- Вот этот вот, - он указал на Идама, - житель Нерюнгри, активный русский. Казнить без всего. А этот
вот, - он показал на Ырыа, - дурачок, сумасшедший. Тоже казнить, к чему нам дальше слушать его
пужыжы.
- Именно так! - гаркнул Энгдекит.
- А вот с этими двумя надо разобраться. Ну что, будете говорить, или нет?
- Мы все сказали, - рассудительно начал Головко, - мы...
- Жергауль! - крикнул Часатца.
Тут же откуда-то, наверное, из бежевого чума, появился огромный, очень мускулистый человек с толстым
злобным лицом. Он выглядел вдвое больше Абрама Головко, и в руках у него была палка. Он подошел ко
всей этой группе разбирающихся между собой людей и подобострастно посмотрел на Часатца сверху вниз.
Вдруг раздался какой-то тупой стук; Жукаускас вздрогнул, Энгдекит резко вскинул автомат. Это был Идам,
он упал в обморок и теперь, словно лишенное каркаса чучело, мешковато лежал в траве.
- Это... что еще за дерьмо? - презрительно спросил Часатца.
- Сейчас уберем его, - четко ответил Энгдекит.
- Не понимаю! - весело воскликнул Илья Ырыа. - Разве не прекрасно быть казненным в станс гнусных
достойных врагов?! Об этом можно только мечтать! Умереть, чтобы твоя отрубаемая голова выкрикнула
какой-нибудь <пук-пук> в момент достижения топором его цели; прошептать свою последнюю тайну, когда
огонь, охватывающий тебя, уже готов испепелить твой язык; напряженно молчать на колу; проповедовать
гомосексуализм на кресте; являться целой поэмой из самого себя, болтаясь на веревке!.. Разве это не высшее
чудо, смысл, восторг!.. Воистину, я счастлив!
- Посмотрим, как ты будешь дальше счастлив, - злобно сказал Часатца.
- Ха-ха-ха-ха!!! - засмеялся Энгдекит.
- Да уберите же вы его наконец! - крикнул Часатца. - И этого тоже ведите к нашим заворачивателям и
готовьте к заворачиванию.
- Слушаюсь! - отчеканил Энгдекит.
Неожиданно Идам как будто пришел в себя и приподнял голову. Он испуганно посмотрел на Часатца и
Жергауля и пролепетал:
- Че...го? За...за...ворач...
- А то вы не знаете, - рассерженно проговорил Часатца, - Заворачивание - национальная эвенкийская
казнь. Эвенки всегда заворачивали своих врагов. По нашей великой вере завернутый человек в следующем
своем рождении становится эвенком, то есть с нами. А ведь это прекрасно!
- Ка-ак... - прошептал Идам и уронил большую испуганную слезу на траву возле чума.
- Как-как, - довольным тоном передразнил Часатца, - а то вы не знаете! Все нерюнгринцы знают! Но я
могу вам напомнить. Я могу. Мне это очень даже приятно!
Было видно, что ему действительно приятно.
- Одно мгновение, дорогой Энгдекит! Подождите, Жергауль! Послушайте и вы, поэты и агенты. Это же
восторг! Заворачивание - древний чудесный ритуал убийства эвенкийских врагов, радость жителей
великой Эвенкии, ужас якутов и юкагиров! Оно осуществляется очень просто, нужен лишь небольшой
станок, специальное устройство, оставленное нам замечательными нашими предками: красивый
лиственничный заворачиватель, окропленный кровью дятла и освященный святым именем. Я не могу его
нарисовать; вы скоро его увидите и опробуете. Там площадка и два раздвижных шеста, которые приводятся
в движение специальным штурвалом; и еще там есть разные шестерни и прочие штуки, но это уже чистая
механика. Казнимый враг кладется на площадку на спину и потом его ноги резко сгинаются и
привязываются к шесту, а голова просовывается между ними и вся это часть туловища за подмышки прочно
привязывается к противоположному шесту. Руки должны быть связаны и не мешать заворачиванию. Затем,
когда приготовления закончены, громко читается приговор и говорится священный эвенкийский звук,
например <Хэ!>, или <Пэ!> Казнящий медленно, или же наоборот быстро (это зависит от приговора)
вращает штурвал, шесты раздвигаются, и человек заворачивается. Смерть наступает от неудобной позы, или
же от каких-нибудь растяжений и переломов. Иногда немного завернут и так и оставят, но это редко, мы же
не подонки. Интересно, что даже в Коране, который мы чтим, как побочную литературу, в суре
<Завернувшийся> есть слова <О, завернувшийся!>, что подчеркивает высочайшую ценность заворачивания
и существа, который ему подвергся. В самом деле, после совершения этой гениальной казни, бывший враг, а

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 : 142 : 143 : 144 : 145 : 146 : 147 : 148 : 149 : 150 : 151 : 152 : 153 : 154 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.