Случайный афоризм
Я полагаю, что обладать прекрасной душой для автора книги важнее, чем быть правым как можно чаще. Роберт Вальзер
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе
Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

коричневым небольшим чемоданом, в зеленом плаще и очень грязных ботинках. Он
кивнул стоящим матросам и неспеша пошел к проходной, перепрыгивая через лужи.
Софрон Исаевич Жукаускас лежал в каюте и дремал. В дверь постучали, он
встрепенулся и поднял голову.
- Эй, пассажир! - раздался из-за двери звонкий голос. - Вставайте, приехали!
Софрон Исаевич громко зевнул и медленно встал с койки, подтягивая свои ситцевые
красные в белую крапинку трусы; его коричневые носки лежали на стуле, на спинке
которого висели затертые старые джинсы, клетчатая синяя рубашка и бежевый
джемпер.
Софрон Исаевич неторопливо оделся, насвистывая невнятную мелодию, подошел к
зеркалу и большой бордовой расческой расчесал свои в меру длинные
темно-каштановые жесткие волосы на прямой пробор. Он осмотрел свое курносое
небритое лицо, тонкую поперечную морщину на лбу, светло-карие, какие-то
выцветшие глаза - не широкие, и не узкие, длинные загибающиеся кверху ресницы,
оттопыренные уши, немного скошенный вниз подбородок, и раскрыл рот, оскаливаясь
и обнажая большие, широко расставленные резцы и сильно пломбированные задние
зубы. Высунув бледно-розовый язык, он скорчил какую-то идиотскую рожу, но тут,
заметив красноватый прыщ на щеке около уха, озабоченно закрыл рот и вздохнул. Он
приставил к прыщу указательные пальцы обеих рук и сильно нажал. Тут же выскочило
белое содержимое прыща, которое Софрон Исаевич сбил с ногтя щелчком, а затем он
нажал еще раз и выступила кровь с лимфой. Жукаускас вытер кровь, взял одеколон,
стоящий на тумбочке, и прижег это место.
Он вошел в туалет, расстегнул ширинку и пописал круто-желтой; резко пахнущей
мочой. Спустив воду, он застегнул штаны и слегка вымыл руки под заржавленным
краном, торчащим из стены.
Через пять минут Софрон Исаевич уже спускался по трапу, сжимая в правой руке
средних размеров сумку из кожезаменителя; в это же время на палубу вышел капитан
и окликнул его.
- Ну что, все нормально? Как вам?
- Море - просто чудесно!.. - обернувшись, ответил Софрон Исаевич. - Спасибо вам
большое!
Он ступил на грязную землю Нижнеянска и пошел вперед по направлению к проходной.

Он вышел из проходной, совершенно не обратив внимания на сонного человека в
черной форме, сидящего внутри за стеклом и пьющего чай из граненого стакана;
остановился и посмотрел налево.
Он стоял на грязной покореженной бетонной мостовой, продолжающейся до
трехэтажного серого кирпичного дома, а дальше виднелись скособоченные деревянные
трех-четырехэтажные дома, теплотрассы, и на них деревянные тротуары для ходьбы.
Под теплотрассами располагались свалки и огромные бесконечные озерки стоячей
воды, напоминающие какие-то канализационные каналы, а на домах пестрели
разноцветные лозунги: <Суть социалистической дисциплины в полной отдаче каждого
на своем рабочем месте>, <Партия делает все во имя человека, для блага
человека>, <Ручной труд - на плечи машин>, <Мы - хозяева поселка, наш долг - его
благоустраивать>, <Человек славен трудом>, <Успех начинается с порядка>, <Да
здравствуют советские бананы!> Софрон Жукаускас, улыбаясь окинул все это
счастливым взглядом и решительно направился к серому дому.
На доме была табличка: <Ленское речное пароходство. Нижнеянский речной порт>.
Софрон вошел в раскрытую дверь и оказался перед широкой пыльной лестницей. Прямо
на него двигался большой толстый человек в засаленном черном костюме, держащий
темно-коричневый портфель. Софрон Исаевич посторонился; человек выскочил на
улицу. Жукаускас поднялся на второй этаж и остановился около огромной
карты-схемы, изображающей море Лаптевых и реку Яну, на которой стоял Нижнеянск.
Рядом со схемой висела доска почета, и на ней вверху было написано:
<Мы придем к победе коммунистического труда! Ленин>; тут же был его красный
профиль. На доске были многочисленные фотографии людей; Софрон рассмотрел каждую
из них, особенно задержавшись на упитанной женщине с аккуратной прической, под
которой значилось; <Леонтьева Ольга Сергеевна. Ст. бухгалтер>. Жукаускас долго с
завистью глядел в это пожилое лицо, потом наконец отвернулся и пошел направо по
коридору. Рядом с двенадцатым кабинетом был начертан призыв: <Увеличим темпы

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 : 142 : 143 : 144 : 145 : 146 : 147 : 148 : 149 : 150 : 151 : 152 : 153 : 154 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.