Случайный афоризм
Самый плохой написанный рассказ гораздо лучше самого гениального, но не написанного. В. Шахиджанян
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе
Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

Со всех сторон, словно воробьи на корм, налетели румяные солдаты в красной
форме, бешено стреляющие по якутам. Начались какие-то взрывы, вспышки, хрипы,
взвизги; кто-то куда-то падал, кто-то с кем-то боролся; якуты в конце концов
тоже начали стрелять, но неожиданность оказалась слишком большой, и засада была
четко организована: якутов полностью окружили. Их расстреливали со всех сторон
прямо у драги под крики: <Мать твою, у, бля>.
Золотоносная прекрасная земля покрывалась павшими телами. Зенитчики валялись
около своих зениток с развороченными животами, пробитыми лбами или
простреленными сердцами; шофер одной из зениток лежал в своей кабине грудью на
руле, и из его глаза стекала темная кровь на педаль сцепления. Шофер другой
зенитки выпрыгнул из машины, штыком ударил толстого блондина, бросившегося к
нему, но тут же был зарезан в спину длинным ножом, который кто-то метнул. Ылдя и
Жукаускас, крепко обнявшись, словно влюбленные педерасты, прижимались к земле,
изображая мертвецов. Уши словно заволакивал какой-то ватный туман от
беспорядочной отрывистой стрельбы, слух терялся в нем, вздрагивая от истошных
звериных воплей торжествующих русских.Кто-то сопротивлялся, пытаясь прорваться
из кольца; четверо высоких якутов, остервенело стреляя, пробились на берег
прудика, но в них кинули гранату, и их расшвыр.-ю резким взрывом. Остатки войска
прятались за зенитки и машины, отстреливаясь, но их становилось все меньше. Этот
натиск был стремителен и мгновенен: уже через пятнадцать минут третья часть
якутов была мертва, а половина корчилась от ран. Повсюду раздавалось:
- За русь!
- Да здравствуют щи!
- Золото России - России!
Ылдя, губами прижавшись к уху Жукаускаса, жалобно шептал:
- Что это... Уя... Господи, господи, когда кончится... Нас убьют, уя...
- Перестаньте, - жестко сказал Софрон, раскрыв левый глаз и осмотрев окружающее.
- Лежите тихо, может быть, не обнаружат.
Но тут вдруг мощный далекий взрыв потряс всех участвующих в битве. Это
разъяренный Тюмюк, ухитрившись зарядить зенитку, выстрелил куда-то наобум вдаль.
Русские недоуменно повернулись туда; Тюмюк, воспользовавшись замешательством,
торжественно воскликнул:
- За Якутию! За царя Софрона! Ко мне!!
Оставшиеся в живых бросились к нему, создав отряд обороны, укрывающийся между
зениток. Тюмюк подбежал вдруг к лежащему вместе с Жукаускасом Ылдя, своей рукой
повернул его лицо, и сказал:
- Ваше величие! Вставайте, вы нужны войску!
- Я... - залепетал Ылдя, - передаю командование тебе, давай, ну...
- Вы нужны войску! - твердо повторил Тюмюк и одним движением поставил Ефима на
ноги. Софрон остался лежать.
- С нами царь! - закричал Тюмюк, застреливая небольшого рябого паренька, с
любопытством посмотревшего на Ылдя из-за машины.
- Куй! - прокричали те, кто был жив и тут же начали вести сокрушительный огонь.
Русские растерялись, их ряды несколько дрогнули, они спрятались в своих укрытиях
и начали отвечать на стрельбу, не предпринимая атак.
- Мой телохранитель! - вдруг вскричал бледный Ылдя. - Он там, он должен меня
закрывать! Вставай, гад, а не то...
Жукаускас, улыбаясь, поднялся, и, как будто бы совсем не боясь пуль, неторопливо
подошел к Ефиму.
- Я готов, - многозначительно проговорил он. - Смерти нет.
- Готовимся к прорыву! - взревел Тюмюк. - Отступаем! По его команде оставшиеся
якутские воины с диким криком:
<Тыгын!> ринулись назад от драги, стреляя во все стороны. Несколько русских,
вставших на их пути, были убиты. Якуты побежали по той же дорожке, по которой
пришли, и тут же их начала преследовать небольшая разъяренная кучка русских.
- Ура! - кричали они, стреляя. - Русь! Русь!
Якуты неслись назад, отвечая огнем на огонь. Большой русоволосый русский,
получив пулю в живот, громко ойкнув. Тяжело рухнул в песок, словно тюк муки.
Жукаускас бежал за Ылдя, прижимаясь к его спине, чтобы защитить его, а Ефим
пригнул свою голову, потому что был выше Софрона, и его вполне могли бы

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 : 142 : 143 : 144 : 145 : 146 : 147 : 148 : 149 : 150 : 151 : 152 : 153 : 154 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.