Случайный афоризм
Читатели любят лучших авторов, писатели – только мертвых. Гарун Агацарский
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе
Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

выписывал, а когда их набиралось достаточно, печатал список и прикреплял
к зеркалу или к стене. Он и в кармане носил такие листки и  порой  прос-
матривал на улице или пока ждал в бакалейной или мясной лавке.
   Он пошел дальше. Читая преуспевающих авторов, отмечал каждую их  уда-
чу; продумывал использованные для этого приемыприемы повествования, ком-
позиции, стиля, мысль, сравнения, остроты; и все это выписывал и  проду-
мывал. Он никому не подражал. Он искал  принципы.  Он  составлял  списки
впечатляющих и привлекательных  особенностей,  потом  из  множества  их,
отобранных у разных писателей, выводил какой-то общий принцип  и.  осна-
щенный таким образом, обдумывал новые, свои собственные приемы и уже  со
знанием дела взвешивал, определял и оценивал их. Таким же образом он вы-
писывал яркие выражения, живые разговорные обороты, едкие, точно  кисло-
та, или обжигающие, как огонь, фразы, что вдруг попадутся  в  бесплодной
пустыне обыденной речи, пламенеющие,  сочные,  ароматные.  Всегда  искал
принцип, лежащий за этим и под этим. Он хотел знать,  как  что  сделано,
тогда он сможет сделать это сам. Ему мало  было  видеть  прекрасный  лик
красоты. В тесной своей комнатушке-лаборатории, где кухонный чад  смеши-
вался с неистовым шумом и гамом Марииной босоногой команды, он  препари-
ровал красоту - препарировал, изучал анатомию красоты, - и приближался к
тому, чтобы создавать ее самому.
   Так уж он был устроен, мог работать, только понимая, что  делает.  Не
мог он работать вслепую, во тьме, не ведая, что  творит,  не  мог  дове-
риться только случаю и счастливой звезде своего гения в надежде  создать
нечто замечательное и прекрасное. Он хотел понимать, почему и как  такое
создано. Он творил не стихийно, а обдуманно, рассказ  или  стихотворение
сначала целиком складывались у него в голове и он уже видел конец и соз-
навал, как напишет все до конца. Иначе попытка была обречена на  провал.
С другой стороны, ему нравились слова и фразы, которые рождались  вдруг,
сами собой, а потом выдерживали все испытания на красоту и силу и прида-
вали задуманному невероятные, непередаваемые оттенки. Перед такими  оза-
рениями он склонял голову, восхищался ими, понимая, что  они  выше,  чем
любое заранее обдуманное творение. И сколько бы он ни анатомировал  кра-
соту в поисках ее основ и законов, он всегда сознавал, что  есть  еще  в
красоте сокровеннейшая тайна, в которую он не проник, как не проник  еще
и никто другой. Он усвоил, читая Спенсера, что человеку никогда не  поз-
нать до конца суть вещей и явлений и что тайна красоты не менее глубока,
чем тайна жизни, да нет, глубже, знал, что красота и  жизнь  нераздельно
сплетены друг с другом и что сам он лишь одна из нитей той же непостижи-
мой ткани, где сплелись солнечный свет, и звездная пыль, и неведомое чу-
до.
   Полный этими мыслями, он и написал эссе "Звездная пыль" - резкий  вы-
пад не против основ критики, но против основных, ведущих критиков. Напи-
сал блестяще, с философской глубиной и с тонкой иронией. И куда бы  Мар-
тин ни посылал эти страницы, все журналы незамедлительно  их  отвергали.
Но Мартин, освободясь от мыслей на эту тему,  невозмутимо  пошел  дальше
своей дорогой. Когда он вынашивал какую-нибудь мысль и она созревала, он
тотчас кидался к машинке, это вошло в привычку. А что написанному не до-
водилось увидеть свет, мало его трогало. Важнее всего написать -  и  тем
самым завершить долгую цепь раздумий, связать воедино нити  разрозненных
мыслей, окончательно обобщить факты, которые обременяли  мозг.  Написать
статью - значило осознанным усилием освободить голову для свежих  фактов
и мыслей. Было это сродни привычке людей, угнетенных подлинными или  во-
ображаемыми горестями, время от времени нарушать долгое мучительное мол-
чание и "отводить душу", выкладывая все до, последнего слова.
 
   Глава 24
 
   Проходили недели. Деньги у Мартина почти иссякли, а чеков от  издате-
лей так и не было. Все важнейшие рукописи вернулись назад  и  отправлены
вновь, и участь поделок ничуть не лучше. Он уже не стряпал разнообразные

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 : 142 : 143 : 144 : 145 : 146 : 147 : 148 : 149 : 150 : 151 : 152 : 153 : 154 : 155 : 156 : 157 : 158 : 159 : 160 : 161 : 162 : 163 : 164 : 165 : 166 : 167 : 168 : 169 : 170 : 171 : 172 : 173 : 174 : 175 : 176 : 177 : 178 : 179 : 180 : 181 : 182 : 183 : 184 : 185 : 186 : 187 : 188 : 189 : 190 : 191 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.