Случайный афоризм
Стихи никогда не доказывали ничего другого, кроме большего или меньшего таланта их сочинителя. Федор Иванович Тютчев
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе
Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

   А ко мне между тем
   Заявился приятель,
   Думал денег занять он -
   И напрасно совсем:
   Он явился некстати
   И отбыл ни с чем. [1]
   Веселенький ритм этих стишков никак не  вязался  с  унынием,  которое
проступило на лице Мартина, когда он кончил. Вызвать улыбку у  Руфи  ему
не удалось. Она смотрела на него серьезно, с тревогой.
   - Может быть, это и доллар, - сказала она, - но это доллар шута, пла-
та клоуну в цирке. Неужели ты не понимаешь, Мартин, для тебя это  унизи-
тельно. Я хочу, чтобы человек, которого  я  люблю  и  уважаю,  занимался
чем-то более достойным и утонченным, чем сочинение шуточек и жалких вир-
шей.
   - Ты хочешь, чтобы он походил...  допустим,  на  мистера  Батлера?  -
подсказал Мартин.
   - Я знаю, что ты не любишь мистера Батлера...
   - Мистер Батлер человек как человек, - прервал Мартин. -  Мне  только
не нравится, что у него несварение желудка. Но хоть убей, не вижу разни-
цы, сочинять ли шуточки и забавные стишки, или печатать на машинке,  пи-
сать под диктовку и вести конторские книги. Все это средства,  не  цель.
По-твоему, я должен начать со счетовода, чтобы потом стать преуспевающим
адвокатом или коммерсантом. Я же хочу начать с литературной поденщины, а
затем стать настоящим писателем. Но было бы вежливей, если бы вы  ничего
подобного мне не сказали.
   - Какая же?
   - Так ведь твои хорошие работы, те, которые ты сам считаешь хорошими,
ты не можешь продать. Ты пытался, сам знаешь, но редакторы их не покупа-
ют.
   - Руфь, милая, дай мне время, - взмолился он. - Ремесленная работа  -
это же ненадолго, я не отношусь к ней серьезно. Дай мне два года. За это
время я добьюсь успеха, и редакторы будут рады купить мои настоящие  ра-
боты. Я знаю, что говорю, я верю в себя. Я знаю, на что  способен,  знаю
теперь и что такое литература, знаю, какую труху поставляют  изо  дня  в
день бездарные щелкоперы, - и знаю, что через два года выйду  на  прямую
дорогу к успеху. А дельцом мне не стать, коммерсант из меня никакой.  Не
по душе мне это. По-моему, все это - скучное, тупое, мелочное торгашест-
во, путаница и обман. Да что говорить, не гожусь  я  для  этого.  Дальше
конторщика я не продвинусь, а конторщик получает гроши,  какое  тогда  у
нас с тобой может быть счастье? Я хочу, чтобы у тебя было все самое луч-
шее на свете, и откажусь от этого только во имя чего-то, что  будет  еще
лучше. И я непременно добьюсь этого, добьюсь всего самого лучшего. Рядом
с доходом преуспевающего писателя деньги мистера Батлера  -  просто  ме-
лочь. Нашумевшая книга приносит от пятидесяти до ста тысяч  долларов,  -
иногда больше, иногда меньше, но, как правило, примерно столько.
   Руфь молчала, она была явно разочарована.
   - Ну как? - спросил Мартин.
   - Я надеялась и рассчитывала на другое. Я думала и продолжаю  думать,
что тебе лучше всего изучить стенографию - на машинке ты печатать умеешь
- и пойти служить в контору к папе. Ты очень способный, и я уверена,  из
тебя выйдет превосходный адвокат.
 
   Глава 23
 
   Оттого что Руфь не верила в него как в писателя, она ничего не  утра-
тила в его глазах. За эти каникулы - короткую передышку, которую он себе
позволил, Мартин немало часов разбирался в своих мыслях и чувствах и по-
тому многое узнал о себе. Он понял, что красота ему милее славы, а славы
он ищет главным образом из-за Руфи. Именно ради нее жаждет он славы.  Он
хочет стать знаменитостью, "преуспеть", как он это назвал, - чтобы люби-

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 : 142 : 143 : 144 : 145 : 146 : 147 : 148 : 149 : 150 : 151 : 152 : 153 : 154 : 155 : 156 : 157 : 158 : 159 : 160 : 161 : 162 : 163 : 164 : 165 : 166 : 167 : 168 : 169 : 170 : 171 : 172 : 173 : 174 : 175 : 176 : 177 : 178 : 179 : 180 : 181 : 182 : 183 : 184 : 185 : 186 : 187 : 188 : 189 : 190 : 191 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.