Случайный афоризм
Пусть лучше меня освищут за хорошие стихи, чем наградят аплодисментами за плохие. Виктор Мари Гюго
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе
Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

конец-то она пробудилась.
   - Тогда надо от него отделаться,  -  быстро,  сухо,  деловито  заявил
Морз.
   Но супруга покачала головой.
   - В этом нет необходимости. Руфь сказала, что он через несколько дней
уходит в плавание. А когда вернется, ее здесь не будет. Мы отошлем ее  к
тетушке Кларе. И притом год на Востокев другой обстановке, среди  других
людей, других представленийименно это ей и нужно.
 
   Глава 20
 
   Мартина опять одолело желание писать. Рассказы  и  стихи  сими  собой
возникали в голове, и он делал заметки на будущее, когда выложит все это
на бумагу. Но не писал. Устроил себе короткие каникулы, решил  посвятить
их любви и отдыху, и в том и в другом преуспевал. Скоро жизнь уже  опять
бурлила в нем, и каждый раз при встрече  с  ним  Руфь  в  первую  минуту
по-прежнему ошеломляли его сила и могучее здоровье.
   - Будь осторожна, - снова предупредила ее мать. - Боюсь,  ты  слишком
часто видишься с Мартином Иденом.
   Но Руфь смеялась - ей ничто не грозит. Она уверена в себе, и ведь че-
рез считанные дни он уходит в плаванье. А потом, когда возвратится,  она
будет уже гостить на другом краю континента. Однако его сила  и  могучее
здоровье завораживали ее. Ему тоже сказали о ее предполагаемом  отъезде,
и он чувствовал, что надо спешить. Но он понятия не имел, как  ухаживать
за такой девушкой. Да еще мешал богатый опыт  обращения  с  девушками  и
женщинами нимало на нее не похожими. Они  знали,  что  такое  любовь,  и
жизнь, и флирт, Руфь же ровно ничего об этом не знала. Ее  поразительное
целомудрие страшило его, замораживало готовые сорваться с  языка  пылкие
слова, помимо его воли убеждало, что он ее недостоин. Мешало  и  другое.
Он никогда еще не любил. В его насыщенном событиями прошлом женщины нра-
вились ему, иные увлекали, а вот настоящей любви он не знал. Стоило неб-
режно, по-хозяйски свистнуть, и женщина уже тут как тут. То были  просто
развлечения, эпизоды, часть игры, в которую  играют  мужчины,  но  почти
всегда далеко не самая важная для них часть. А теперь он впервые оказал-
ся в роли просителя - нежного, робкого, неуверенного. Он  не  знал,  как
себя вести, не знал языка любви, а кристальная  чистота  любимой  пугала
его.
   Сталкиваясь с жизнью, в самых разных ее обличьях, кружась в  изменчи-
вом ее водовороте, Мартин усвоил одно правило: когда играешь в  незнако-
мую игру, первый ход предоставь другому. Правило это выручало его тысячи
раз, да в придачу отточило его наблюдательность. Он умел  приглядываться
к тому, что незнакомо, и дождаться, когда обнаружится, в  чем  тут  сла-
бость, где уязвимое место. Все равно как в кулачном бою пробными ударами
пытаться обнаружить слабину противника. И обнаружив ее, - этому его нау-
чил долгий опыт - использовать ее, использовать вовсю.
   Так и теперь - он ждал, приглядывался к Руфи, ему  отчаянно  хотелось
заговорить о своей любви, но он не смел. Боялся ее  испугать  и  не  был
уверен в себе. И даже не догадывался, что ведет себя именно так, как на-
до. Любовь появилась на свете еще прежде членораздельной речи, с  первых
же шагов научилась выражать себя самыми верными способами и уже  никогда
не забывала их. Как повелось исстари, без затей, Мартин  и  ухаживал  за
Руфью. Поначалу он даже не подозревал, об этом, но потом догадался. При-
косновенье руки к ее руке было куда красноречивее любых слов, а его сила
потрясала воображение Руфи и влекла неотразимей всех напечатанных в кни-
гах стихов и высказанной сливами страсти бессчетных  поколений  влюблен-
ных. На все, что он мог бы выговорить, она отозвалась бы  наполовину,  а
вот касанье руки, самое мимолетное соприкосновенье взывало прямо к  инс-
тинкту. Ее рассудок был молод, как она сама, а женские инстинкты  стары,
как род человеческий, и еще того старше. Молоды они были в  той  далекой
древности, когда молода была любовь, и оттого  они  мудрее  условностей,

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 : 142 : 143 : 144 : 145 : 146 : 147 : 148 : 149 : 150 : 151 : 152 : 153 : 154 : 155 : 156 : 157 : 158 : 159 : 160 : 161 : 162 : 163 : 164 : 165 : 166 : 167 : 168 : 169 : 170 : 171 : 172 : 173 : 174 : 175 : 176 : 177 : 178 : 179 : 180 : 181 : 182 : 183 : 184 : 185 : 186 : 187 : 188 : 189 : 190 : 191 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.