Случайный афоризм
Книга так захватила его, что он захватил книгу. (Эмиль Кроткий)
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе
Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

тынь дает неоценимые преимущества, это одна из основ при  вступлении  на
любое поприще. Она рисовала свой идеал преуспевающего  человека,  и  это
был довольно точный портрет ее отца, с некоторыми черточками и  оттенка-
ми, позаимствованными у мистера Батлера. Мартин слушал жадно, весь обра-
тился в слух, он лежал на спине и, подняв голову, радостно ловил  каждое
движение ее губ, когда она говорила. Но к ее словам оставался глух. Кар-
тины, что она рисовала, отнюдь его не привлекали, он ощущал  тупую  боль
разочарования да еще жгучую любовную тоску. Ни разу не  помянула  она  о
его писательстве, и забытые лежали на земле захваченные с собой  рукопи-
си.
   Наконец, когда оба умолкли, Мартин взглянул на солнце, прикинул,  вы-
соко ли оно еще в небе, и, подобрав рукописи, тем самым напомнил о  них.
- Совсем забыла, - поспешно сказала Руфь. - А мне так хочется послушать.
   Мартин стал читать рассказ, он льстил себя надеждой, что это  у  него
один из лучших. Рассказ назывался "Вино жизни", вино  это  пьянило  его,
когда он писал, - пьянило и сейчас, пока читал. Была  какая-то  магия  в
самом замысле рассказа, и Мартин еще расцветил ее магией  слов,  интона-
ций. Прежний огонь, прежняя страсть, с какой он писал  тогда,  вспыхнули
вновь, завладели им, подхватили, и он был слеп и глух ко  всем  изъянам.
Не то чувствовала. Руфь. Вышколенное ухо различало слабости и  преувели-
чения, чрезмерную выспренность новичка  и  мгновенно  улавливало  каждый
сбой, каждое нарушение ритма фразы. Интонацию  рассказа  Руфь  замечала,
пожалуй, лишь там, где автор изъяснялся чересчур напыщенно, и  тогда  ее
неприятно поражало явное дилетантство. Таково было  и  ее  окончательное
суждение: рассказ дилетантский, но Мартину она этого говорить не  стала.
Когда он дочитал, только и отметила мелкие огрехи и сказала, что рассказ
ей понравился.
   Как же он был разочарован! Да, конечно, замечания ее справедливы,  но
ведь не ради же этих школьных поправок делился он с ней  своей  работой.
Не о мелочах речь. Это дело наживное. Мелочи он исправит. Научится  исп-
равлять. Что-то огромное, важное поймал он в жизни и попытался заключить
в свой рассказ. Вот это огромное, важное, взятое из жизни  он  и  прочел
ей, а не просто фразы, где так или эдак расставлены точки и запятые.  Он
хотел, чтобы Руфь вместе с ним  почувствовала  то  огромное,  что  стало
частью его самого, что он видел собственными глазами, постарался  осмыс-
лить, вложил в напечатанные на машинке слова. Что ж, значит, не удалось,
решил он про себя. Может быть, редакторы и правы. Он почувствовал что-то
огромное, важное, а передать не сумел. Мартин ничем не выдал, до чего он
разочарован, очень легко соглашался с замечаниями Руфи, так  что  она  и
представить не могла, насколько несогласен он с ней в глубине души.
   - А это я назвал "Выпивка", - сказал он, раскрывая другую рукопись. -
Его отвергли уже четыре или пять журналов, и все равно, по-моему, он хо-
роший. По правде сказать, не знаю, как к нему относиться,  знаю  только,
что-то я в нем схватил. Может, вы со мной и не согласитесь. Рассказ  ко-
роткий... всего две тысячи слов.
   - Чудовищно! - воскликнула Руфь, когда он дочитал. - Ужас... немысли-
мый ужас!
   С тайным удовлетворением заметил Мартин, как  она  побледнела,  глаза
расширены, взгляд напряженный, руки стиснуты. Он добился своего. Он  пе-
редал то, что родилось у него в голове из воображения и чувства. Ее  за-
дело за живое. Не важно, понравился ей рассказ или нет, но  он  захватил
ее, завладел ею, заставил сидеть, слушать и забыть о мелочах.
   - Это жизнь, - сказал он, - а жизнь не всегда  красива.  И  может,  я
странно устроен, а только, по-моему, есть в этом своя красота.  Мне  ка-
жется, красота вдесятеро прекрасней оттого, что она - здесь, где...
   - Но почему несчастная женщина не могла... - вне всякой связи прерва-
ла его Руфь. Не объяснив, что же ее так возмущает, сама себя перебила: -
О, это унизительно! Это непристойно! Это грязно!
   На миг Мартину показалось, сердце его перестало биться.  Грязно!  Вот
уж не думал. И не хотел этого. Рассказ горел перед ним огненными  буква-

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 : 142 : 143 : 144 : 145 : 146 : 147 : 148 : 149 : 150 : 151 : 152 : 153 : 154 : 155 : 156 : 157 : 158 : 159 : 160 : 161 : 162 : 163 : 164 : 165 : 166 : 167 : 168 : 169 : 170 : 171 : 172 : 173 : 174 : 175 : 176 : 177 : 178 : 179 : 180 : 181 : 182 : 183 : 184 : 185 : 186 : 187 : 188 : 189 : 190 : 191 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.