Случайный афоризм
Писатели, кстати сказать, вовсе не вправе производить столько шума, сколько пианисты. Роберт Вальзер
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе
Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

альном томе Роумейнза. Он ровно ничего не понял, только решил, что  эво-
люция-скучнейшая теория, созданная множеством людишек, которые  души  не
чают в прорве невразумительных слов. А  теперь  оказалось,  эволюция  не
просто теория, но признанный ход развития, и ученые  уже  не  спорят  на
этот счет, они спорят лишь о формах эволюции.
   И вот этот самый Спенсер нарисовал ему стройную  картину  мира,  свел
все знания воедино, уточнил основные факты, и перед его изумленным  взо-
ром предстала вселенная столь наглядно, словно заточенная в бутылку  мо-
дель корабля, какие так искусно мастерят моряки. И правит здесь не  кап-
ризный случай. Здесь правит закон. Послушная закону,  летает  птица,  и,
послушная тому же самому закону, несущая  в  себе  зачатки  иной  жизни,
склизкая тварь корчилась, извивалась, пока у нее  не  появились  ноги  и
крылья и она не стала птицей.
   Ступень за ступенью Мартин всходил на высоты интеллектуальной  жизни,
и вот он на вершине, где еще не бывал. Все, что было раньше  недоступно,
открывает ему свои тайны. Он опьянел от обретенной ясности. По ночам,  в
подавляющих величием сновидениях, он пребывал с богами, а  днем,  пробу-
дясь, бродил, отрешенный, точно сомнамбула, и, не  замечая  окружающего,
всматривался во вновь открытый мир. За столом не слышал пустых  разгово-
ров о ничтожных или гнусных мелочах и во всем, что попадалось на  глаза,
нетерпеливо отыскивал причину и следствие. В куске мяса на  тарелке  ему
сияло солнце, и он мысленно прослеживал путь солнечной энергии через все
превращения назад к ее источнику за сотню миллионов миль, или  прослежи-
вал ее дальнейший путь к мышцам, которые двигают руку и она режет  мясо,
к мозгу, откуда исходят приказы мышцам двигаться и резать  мясо,  и  вот
уже перед внутренним взором само солнце сияет у него в мозгу.  Озаренный
этой мыслью, он не слыхал, как Джим шепнул: "Рехнулся", -  не  видел,  с
какой тревогой смотрит на него сестра, не заметил, как Бернард Хиггинбо-
тем многозначительно покрутил пальцем у виска: дескать, у шурина  ум  за
разум зашел.
   Пожалуй, больше всего Мартина поразила взаимосвязь знаний, всех  зна-
ний. Он всегда был пытлив, и, что бы ни узнал,  откладывал  в  отдельную
ячейку памяти. Так, у него был огромный запас сведений о мореплавании. И
уже немалый запас представлений о женщинах. Но ему казалось,  между  мо-
реплаванием и женщинами не было ничего общего. Ничто  не  связывало  эти
разные ячейки памяти. Он счел бы смехотворным,  невозможным,  будто,  по
самой природе знания, возможна какая-то связь между женщиной, бьющейся в
истерике, и шхуной, подхваченной штормом или потерявшей курс. А  Герберт
Спенсер показал ему, что не только нет в этом ничего смехотворного,  но,
напротив, тут непременно должна быть связь. Все соотносится одно с  дру-
гим, от отдаленнейшей звезды, затерянной в небесных просторах, до мириа-
дов атомов в песчинке под ногой.
   Это новое представление не переставало изумлять Мартина, и  он  ловил
себя на том, что постоянно ищет связь между всем и вся в подлунном  мире
и в заоблачных высях. Он составлял списки самых несочетаемых  явлений  и
понятий и не успокаивался,  пока  не  удавалось  установить  между  ними
родство - родство между любовью, поэзией, землетрясением, огнем,  грему-
чими змеями, радугой, драгоценными камнями, уродствами, солнечными зака-
тами, львиным рыком, светильным газом, людоедством, красотой, убийством;
рычагом, точкой опоры и табаком. Таким образом он объединял вселенную  и
разбирался в ней, разглядывал или бродил по ее  закоулкам,  тропинкам  и
дебрям не как перепуганный скиталец в чащобе неразгаданных тайн, сам  не
ведающий, чего ищет, нет, он наблюдал, и отмечал на  карте,  и  постигал
все, что только можно. И чем больше узнавал, тем горячей восхищался все-
ленной, и жизнью, и тем, что сам живет в этом мире.
   - Дурак! - кричал он своему отражению в зеркале. - Ты хотел писать  и
пытался писать, а о чем было писать? Что у тебя такого  было  за  душой?
Кой-какие ребяческие понятия да незрелые чувства, жадное, но  неосознан-
ное чувство красоты, дремучее невежество, сердце, готовое разорваться от
любви, и мечта, огромная, как эта любовь, и бесплодная, как  твое  неве-

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 : 142 : 143 : 144 : 145 : 146 : 147 : 148 : 149 : 150 : 151 : 152 : 153 : 154 : 155 : 156 : 157 : 158 : 159 : 160 : 161 : 162 : 163 : 164 : 165 : 166 : 167 : 168 : 169 : 170 : 171 : 172 : 173 : 174 : 175 : 176 : 177 : 178 : 179 : 180 : 181 : 182 : 183 : 184 : 185 : 186 : 187 : 188 : 189 : 190 : 191 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.