Случайный афоризм
Поэты - единственные настоящие любовники женщин. Марина Цветаева
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе
Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

потому как... а дальше не досказали, мисс, - напомнил он, и вдруг внутри
засосало вроде как от голода, а едва он услыхал,  как  она  смеется,  по
спине вверх и вниз поползли восхитительные мурашки. Будто серебро, поду-
мал он, будто серебряные колокольца зазвенели; и вмиг на один  лишь  миг
его перенесло в далекую-далекую землю, под розовое облачко цветущей виш-
ни, он курил сигарету и слушал колокольца островерхой пагоды, зовущие на
молитву обутых в соломенные сандалии верующих.
   - Да... благодарю вас, - сказала Руфь. -  Суинберн  потерпел  неудачу
потому, что ему все же не хватает... тонкости. Многие его стихи не  сле-
довало бы читать. У истинно великих поэтов в каждой  строке  прекрасная,
правда и каждая обращена ко всему возвышенному и благородному в  челове-
ке. У великих поэтов ни одной строки нельзя опустить,  каждая  обогащает
мир.
   - А по мне, здорово это, что я прочел, - неуверенно сказал Мартин,  -
прочел-то я, правда, немного. Я и не знал какой он...  подлюга.  Видать,
это в других его книжках вылазит.
   - И в этой книге, которую вы читали, многие строки вполне можно опус-
тить, - строго, наставительно сказала Руфь.
   - Видать, не попались они мне, - объяснил Мартин. -  Я  чего  прочел,
стихи что надо. Прямо светится да сверкает, у меня аж все засветилось  в
нутре, вроде солнце зажглось, не то прожектор. Зацепил  он  меня,  хотя,
понятно, я в стихах не больно смыслю, мисс.
   Он запнулся, неловко замолчал. Он был  смущен,  мучительно  сознавал,
что не умеет высказать свою мысль. В прочитанном он почувствовал  огром-
ность жизни, жар ее и свет, но как передать это словами? Не смог он  вы-
разить свои чувства - и представился себе матросом, что оказался  темной
ночью на чужом корабле и никак не разберется ощупью в незнакомом такела-
же. Ладно, решил он, все в его руках, надо будет освоиться с этим  новым
окружением. Не случалось еще такого, чтоб он с чем-то не совладал,  была
бы охота, а теперь самое время захотеть выучиться, говорить про то,  что
у него внутри, да так, чтоб она поняла. В мыслях его Руфь заслонила пол-
мира.
   - А вот Лонгфелло... - говорила она.
   - Ага, этого я читал, - перебил он, спеша  выставить  в  лучшем  виде
свой скромный запас знаний о книгах, желая дать понять, что и он не вов-
се темный, - "Псалом жизни", "Эксцельсиор" и... все вроде.
   Она кивнула и улыбнулась, и он  как-то  ощутил,  что  улыбнулась  она
снисходительно... жалостливо-снисходительно. Дурак он, чего полез  хвас-
тать ученостью. У этого Лонгфелло скорей всего книжек пруд пруди.
   - Прошу прощенья, мисс, зря я встрял. Сдается мне, я  тут  мало  чего
смыслю. Не по моей это части. А только добьюсь я, будет по моей части.
   Прозвучало это угрожающе. В голосе  слышалась  непреклонность,  глаза
сверкали, лицо стало жестче. Руфи показалось, у него выпятился  подборо-
док, придавая всему облику что-то неприятно вызывающее. Но при  этом  ее
словно обдало хлынувшей от него волною мужественности.
   - Я думаю, вы добьетесь, это будет по... по вашей части, - со  смехом
закончила она. - Вы такой сильный.
   Ее взгляд на миг задержался на его мускулистой шее, бронзовой от  за-
гара, с грубыми жилами, прямо бычьей, здоровье и сила переливались в нем
через край. И хотя он смущенно краснел и робел, ее снова потянуло к  не-
му. Нескромная мысль внезапно поразила ее. Если коснуться этой шеи рука-
ми, можно впитать всю его силу и мощь. Мысль эта возмутила девушку. Буд-
то вдруг обнаружилась неведомая ей дотоле порочность ее натуры.  К  тому
же физическая сила в ее глазах - нечто грубое, вульгарное. Идеалом мужс-
кой красоты для нее всегда была изящная стройность. И однако мысль  ока-
залась упорной. Откуда оно, желание обхватить руками загорелую шею  гос-
тя, недоумевала она. А суть в том, что сама она была отнюдь не  крепкая,
и тело ее и душа тянулись к силе. Но она этого не знала.  Знала  только,
что ни разу в жизни ни один мужчина никогда  не  волновал  ее  так,  как
этот, который то и дело возмущал ее своей чудовищно безграмотной речью.

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 : 142 : 143 : 144 : 145 : 146 : 147 : 148 : 149 : 150 : 151 : 152 : 153 : 154 : 155 : 156 : 157 : 158 : 159 : 160 : 161 : 162 : 163 : 164 : 165 : 166 : 167 : 168 : 169 : 170 : 171 : 172 : 173 : 174 : 175 : 176 : 177 : 178 : 179 : 180 : 181 : 182 : 183 : 184 : 185 : 186 : 187 : 188 : 189 : 190 : 191 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.