Случайный афоризм
Читатели любят лучших авторов, писатели – только мертвых. Гарун Агацарский
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе
Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

что тот не создал его женщиной, из-за нее же нынешний миссионер  отправ-
ляется на край света, стремясь своей религией вытеснить старых богов;  и
из-за нее же Руфь жаждала перекроить этого выходца из иного мира по  об-
разу и подобию людей своего круга.
 
   Глава 9
 
   Мартин Иден возвратился из плавания, любовь гнала его  в  Калифорнию.
Когда деньги его иссякли, он нанялся матросом на  шхуну,  отправлявшуюся
на поиски сокровищ; восемь месяцев напрасных усилий - и Соломоновы  ост-
рова стали свидетелями бесславного конца экспедиции. В Австралии  с  ко-
мандой рассчитались, и Мартин  тут  же  нанялся  на  корабль,  идущий  в
Сан-Франциско. За эти восемь месяцев он немало заработал, так что теперь
очень нескоро надо будет опять выйти в море, да еще и сумел много  зани-
маться и много прочесть.
   Ученье давалось ему легко, и эту способность поглощать  знания  подк-
репляла неукротимость духа и неукротимость любви к Руфи. Он взял с собой
грамматику, читал и перечитывал ее опять и опять, пока его  не  перегру-
женный знаниями мозг не овладел этой премудростью. Он подмечал, как гре-
шат против грамотности его товарищи по плаванию, и всякий  раз  мысленно
поправлял их неуклюжие выражения и повторял про себя уже по всем  прави-
лам. Он радовался открытию, что  ухо  его  становится  чувствительным  к
ошибкам, что у него появляется некое  грамматическое  чутье.  Искаженное
слово, неверное произношение резали ему слух, как фальшивая нота, но по-
ка еще такая фальшивая, нота нередко вырывалась и у  него  самого.  Нау-
читься всем этим новшествам с ходу он не мог.
   Несколько раз подряд проштудировав грамматику, Мартин взялся за  сло-
варь и каждый день выучивал по два десятка новых  слов.  Оказалось,  это
задача не простая, и, стоя впередсмотрящим или за штурвалом,  он  упорно
повторял слова из все удлиняющегося списка, их произношение и  значения,
и от этого неизменно клонило в сон. "Вряд ли", "по зрелом  размышлении",
"оставляет желать лучшего" - эти и иные выражения он  шепотом  повторял,
стремясь привыкнуть к языку, каким разговаривала Руфь. "Их,  их",  а  не
"ихний", "что-то, что-то", а не "чтой-то" - настойчиво, тысячи раз твер-
дил он и с удивлением стал замечать,  что  начинает  разговаривать  пра-
вильнее, чем сам капитан с помощниками и господа из кают-компании, охот-
ники за сокровищами, которые финансировали экспедицию.
   Капитан был норвежец с тусклыми глазами, у него невесть откуда оказа-
лось собрание сочинений Шекспира, которое сам он и не  думал  читать,  и
Мартин стал стирать на капитана, а взамен получил доступ  к  драгоценным
томам. И так он погрузился в шекспировские драмы, так  легко  запечатле-
лись у него в памяти многие места, которые особенно  пришлись  по  душе,
что одно время весь мир стал ему представляться елизаветинскими трагеди-
ями и комедиями и даже думать он начал белыми  стихами.  Это  оттачивало
слух и, давало прекрасное представление о богатстве родного языка;  вдо-
бавок это познакомило со многим, что устарело и вышло из употребления.
   Восемь месяцев были проведены с толком, и, мало того что Мартин  при-
общался к правильной речи и высокому строю мыслей, он многое понял в се-
бе. Рядом со скромностью - ведь он так мало знает - в  нем  теперь  была
уверенность в своей силе. Он чувствовал, что резко отличается от товари-
щей по плаванию, и у него хватало ума осознать, что разделяет  их,  ско-
рее, не уже им достигнутое, а то, чего он еще способен достичь. Что смог
он, смогли бы и они; но что-то зрело, бродило в нем, подсказывая, что он
может больше, чем уже сделал. Несказанная красота мира  томила  душу,  -
вот если бы Руфь была здесь, разделить бы это с ней. Он решил, что  опи-
шет ей красивейшие уголки Океании. Творческое начало  вспыхнуло  в  нем,
побуждая воссоздать эту красоту, и не для одной Руфи, но для многих  лю-
дей. И тут в неслыханном блеске его озарила великолепная мысль. Он  ста-
нет писателем. Люди увидят, услышат, ощутят мир и его  зрением,  слухом,
его сердцем. Он станет писать все, что угодно - о событиях вымышленных и

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 : 142 : 143 : 144 : 145 : 146 : 147 : 148 : 149 : 150 : 151 : 152 : 153 : 154 : 155 : 156 : 157 : 158 : 159 : 160 : 161 : 162 : 163 : 164 : 165 : 166 : 167 : 168 : 169 : 170 : 171 : 172 : 173 : 174 : 175 : 176 : 177 : 178 : 179 : 180 : 181 : 182 : 183 : 184 : 185 : 186 : 187 : 188 : 189 : 190 : 191 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.