Случайный афоризм
Главное в модном писателе то, что он модный, а не то, что он писатель. Бауржан Тойшибеков
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе
Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



Этот день в истории
В 1895 году родился(-лась) Сергей Александрович Есенин

В 1832 году скончался(-лась) Вальтер Скотт


в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

станции уже стоял трамвай, и кондуктор нетерпеливо трезвонил.
   - Вон он дожидается. Давай беги, а  мы  их  задержим,  -  посоветовал
Джимми. - Живей! Не упусти его!
   Враги растерялись было при этом маневре, но сейчас же соскочили с по-
езда и кинулись вдогонку. Пассажиры трамвая,  степенные,  рассудительные
оклендцы, едва ли обратили внимание на парня и девушку, которые вскочили
в трамвай и прошли на передние открытые места. Они не связали эту пару с
Джимми, который вскочил на подножку и заорал вагоновожатому:
   - Врубай ток, старик, да гони отсюда! И тотчас круто обернулся,  зае-
хал кулаком в лицо бегущему парню, который пытался тоже вскочить в трам-
вай. Вдоль всего вагона кулаки молотили по лицам. Так Джимми с приятеля-
ми на всех подножках трамвая отражали атаку. Трамвай затрезвонил  вовсю,
рванулся вперед, и, отбив последних нападающих, Джимми со своими  соско-
чил наземь, чтобы довести дело до конца. Трамвай помчался дальше,  оста-
вив далеко позади шквал битвы, а ошарашенные пассажиры и думать не дума-
ли, что причина переполоха спокойный молодой человек и  хорошенькая  ра-
ботница.
   Мартин сперва радовался драке, в нем вспыхнул давний боевой задор. Но
задор этот быстро угас, сменился печалью. До чего же он стар, куда стар-
ше беспечных, беззаботных приятелей его прежних дней.  Он  ушел  далеко,
слишком далеко, назад уже не вернуться. Их жизнь, та, какою когда-то жил
и он, ему теперь отвратительна. В ней он окончательно разочаровался.  Он
стал чужаком. Как показался противен вкус дешевого  пива,  так  противно
теперь ему водить компанию с этими парнями. Слишком он отдалился. Тысячи
книг, что он держал в руках, разверзли между ними пропасть. Он сам  отп-
равил себя в изгнание. Он странствовал по бескрайнему царству разума,  и
вот уже нет ему возврата домой. Но ведь человек же он, и всечеловеческая
потребность в обществе себе подобных остается неутоленной.  Нового  дома
он не обрел. Как не способны его понять эти старые приятели, и родные, и
всякие буржуа, так и девушке, сидящей рядом, которую он глубоко уважает,
не понять ни его самого, ни того, как глубоко он ее уважает. Мартин  ду-
мал обо всем этом, и печаль его окрасилась горечью.
   - Помирись с ним, - посоветовал он Лиззи при расставании,  когда  они
стояли перед лачугой в рабочем квартале, где она жила неподалеку от угла
Шестой и Маркет-стрит. Он говорил о молодом парне, которого сегодня  от-
теснил.
   - Не могу я... теперь, - сказала Лиззи.
   - Ну что ты, - весело сказал Мартин. - Только  свистни,  и  он  бегом
прибежит.
   - Я не про то, - просто сказала Лиззи.
   И он понял, о чем она.
   Он уже собирался проститься, и тут  она  потянулась  к  нему.  Но  не
властно потянулась, не с желанием соблазнить, а с  тоской  и  смирением.
Мартин был бесконечно тронут. Его природное великодушие взяло  верх.  Он
обнял Лиззи и поцеловал, и знал: ничто на свете не могло быть  искренней
и чище ее ответного поцелуя.
   - Господи! - сквозь слезы выговорила она. - Я хоть сейчас умру за те-
бя! Хоть сейчас!
   И внезапно оторвалась от него и взбежала на крыльцо. У Мартина увлаж-
нились глаза.
   "Мартин Иден, - сказал он себе. - Ты не скот, ты проклятый ницшеанец.
Ты должен был бы на ней жениться, и тогда это трепещущее сердце до краев
наполнилось бы счастьем. Но не можешь ты, не можешь! Позор! "
   "Бродяга старый, что бубнит про язву, - пробормотал Мартин,  вспомнив
строки Хенли. - Людская жизнь - ошибка и позор.
   Да, так и есть, ошибка и позор".
 
   Глава 43
 
   "Позор солнца" вышел в свет в октябре. Когда Мартин  разрезал  шнурок

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 : 142 : 143 : 144 : 145 : 146 : 147 : 148 : 149 : 150 : 151 : 152 : 153 : 154 : 155 : 156 : 157 : 158 : 159 : 160 : 161 : 162 : 163 : 164 : 165 : 166 : 167 : 168 : 169 : 170 : 171 : 172 : 173 : 174 : 175 : 176 : 177 : 178 : 179 : 180 : 181 : 182 : 183 : 184 : 185 : 186 : 187 : 188 : 189 : 190 : 191 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.