Случайный афоризм
Писать - значит предоставлять другим заботу о завершенности твоего слова. Ролан Барт
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе
Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

   - Не гожусь я в мужья, Лиззи, - небрежно сказал он.
   Рука, играющая его волосами, на миг замерла,  потом  опять  принялась
тихо их поглаживать. Лицо девушки словно отвердело, но то была твердость
внезапно принятого решения, - щеки по-прежнему розовели, и вся она  све-
тилась нежностью.
   - Не об том я... - начала она и запнулась. - Или... да мне  все,  все
едино, - повторила она. - Я гордая, что ты мне друг. Я для тебя чего хо-
чешь сделаю. Такая уж, видать, уродилась.
   Мартин сел, взял ее за руку. Неспешно взял, с теплым чувством, но без
страсти, и от этой теплоты девушку пробрал холод.
   - Не будем больше про это, - сказала она.
   - Ты очень хорошая, сердце у тебе благородное, -  сказал  Мартин..  -
Это мне надо гордиться, что я с тобой знаком. И я горжусь,  горжусь.  Ты
для меня луч света в очень темном мире, и я должен быть честен перед то-
бой, как была честна передо мной ты.
   - А мне все едино, честный ты со мной или нечестный. Ты  чего  хочешь
со мной делай. Хоть в грязь кинь да растопчи. В целом свете одному  тебе
это можно, - с чувством, с вызовом прибавила она. -  Зазря  я,  что  ль,
сызмальства сама об себе заботилась.
   - Потому-то я ничего такого и не сделаю, - мягко сказал Мартин.  -  У
тебя слишком большое сердце, слишком ты великодушная, не могу я с  тобой
поступать недостойно. Жениться я не собираюсь и не собираюсь... ну,  лю-
бить, не женясь, хотя прежде со мной так бывало. Мне жаль, что я  пришел
сюда сегодня и встретился с тобой. Но теперь уже ничего не поделаешь,  и
я ведь совсем не думал, что так обернется. Но послушай,  Лиззи,  ты  мне
так нравишься, никакими словами не сказать. Не просто нравишься. Я  вос-
хищаюсь тобой и уважаю тебя. Ты замечательная, ты замечательно  хорошая.
Да что толку в словах? Но я вот что хочу сделать.  Тебе  трудно  жилось,
позволь мне облегчить твою жизнь.  (Глаза  Лиззи  засветились  радостным
светом - и снова  погасли.)  У  меня  почти  наверняка  скоро  заведутся
деньги... Много денег.
   В эту минуту он махнул рукой на долину с бухтой, на крытый пальмовыми
листьями дворец и нарядную белую шхуну. В конце-то  концов,  не  все  ли
равно. Можно уйти в плаванье простым матросом куда угодно, на любом  ко-
рабле, как уходил уже столько раз.
   - Я хотел бы отдать эти деньги тебе. Есть ведь, наверно, что-то, чего
тебе хочется, - пойти в школу или на курсы делопроизводства.  Или  захо-
чешь выучиться на стенографистку. Я это устрою. Или, может, у тебя  живы
отец с матерью. Я могу купить для них бакалейную  лавку  или  что-нибудь
еще. Только скажи, чего ты хочешь, и я все устрою.
   Лиззи не отвечала, сидела не шевелясь, глядя в одну точку сухими гла-
зами, но в горле у нее застрял ком, и  Мартин  так  отчетливо  понял  ее
боль, что и у него самого ком застрял в горле.  Зачем  только  он  такое
сказал. Всего-навсего деньги предложил он ей - такая эта  дешевка  перед
тем, что предложила ему она. Он хотел отдать то, без чего мог  обойтись,
с чем мог расстаться легко, она же отдала ему себя,  шла  на  позор,  на
стыд, на грех, который не простится ей и за гробом.
   - Давай не будем про это, - сказала Лиззи, голос ее сорвался,  и  она
сделала вид, будто закашлялась. И поднялась. - Пошли по домам. Устала до
смерти.
   Праздник кончился, почти все гуляки уже разошлись. Но когда Мартин  и
Лиззи вышли из-за деревьев, оказалось, что вся  компания  их  поджидает.
Мартин тотчас понял, что это значит. Назревала заварушка. Компания - его
телохранители. Они вышли из ворот парка, а за ними в отдалении следовала
вторая компания, друзья Лиззиного кавалера -  потеряв  даму,  он  собрал
приятелей и готовился отомстить. Несколько полицейских, учуяв, что  дело
пахнет дракой, держались неподалеку и препроводили обе компании, одну за
другой, к поезду на Сан-Франциско, Мартин сказал  Джимми,  он  выйдет  у
Шестнадцатой улицы и доедет в Окленд трамваем. Лиззи сидела тихая, безу-
частная к назревающей драке. Поезд остановился на Шестнадцатой улице,  у

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 : 142 : 143 : 144 : 145 : 146 : 147 : 148 : 149 : 150 : 151 : 152 : 153 : 154 : 155 : 156 : 157 : 158 : 159 : 160 : 161 : 162 : 163 : 164 : 165 : 166 : 167 : 168 : 169 : 170 : 171 : 172 : 173 : 174 : 175 : 176 : 177 : 178 : 179 : 180 : 181 : 182 : 183 : 184 : 185 : 186 : 187 : 188 : 189 : 190 : 191 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.