Случайный афоризм
Большая библиотека скорее рассеивает, чем получает читателя.Гораздо лучше ограничиться несколькими авторами, чем необдуманно читать многих. (Сенека Луций Анней (Младший))
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе
Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

той идол, перед которым они падают ниц, которому поклоняются.
   Гертруда предложила брату денег, и он опять покачал головой,  хоть  и
знал, завтра не миновать идти к ростовщику.
   - От Бернарда держись подальше, - предостерегла она. - Пройдет месяца
три, поостынет он, тогда, глядишь, и возьмет тебя, если захочешь, возчи-
ком, товар возить. А если во мне какая нужда, пошли за мной, я-то приду.
Не забывай.
   Шумно всхлипывая, она пошла прочь, и при виде  этой  грузной  фигуры,
этой неуклюжей походки жалость пронзила Мартина. Он глядел вслед сестреб
и здание ницшеанского учения словно бы пошатнулось и закачалось.  Отвле-
ченное понятие "класс рабов" - это ладно, но в применений, к собственным
родным такое определение не слишком подходит. И, однако,  если  есть  на
свете рабы, попираемые сильными, так сестра Гертруда-олицетворение раба.
Этот парадокс заставил Мартина свирепо усмехнуться. Хорош ницшеанец, до-
пустил, чтобы твои взгляды поколебались при первом же сердечном  порыве,
при первом же душевном волнении; это в тебе самом пробудилась мораль ра-
ба, - вот, по сути, что такое твоя жалость к сестре. Истинные аристокра-
ты духа выше щах рабов, это всего лишь мука и пот отверженных и слабых.
 
   Глава 40
 
   "Запоздавший" по-прежнему лежал забытый на столе. Все рукописи, кото-
рые Мартин разослал по журналам, вернулись и лежали под  столом.  Только
одну он отправлял снова и снова - "Эфемериду" Бриссендена.  Велосипед  и
черный костюм опять были в закладе, и агентство проката пишущих  машинок
вновь беспокоилось из-за арендной платы. Но все это больше не  волновало
Мартина. Он пытался заново обрести в этом мире почву под  ногами,  а  до
тех пор ничего он не станет предпринимать.
   Через несколько недель случилось то, на что он надеялся. Он  встретил
на улице Руфь. Правда, ее сопровождал брат, Норман, и они хотели  пройти
мимо - и Норман сделал Мартину знак не подходить.
   - Если вы станете навязываться сестре, я позову полицейского, - приг-
розил он, - Она не желает с вами разговаривать, и ваша настойчивость ос-
корбительна.
   - Не мешайте, не то придется позвать полицейского, но тогда ваше  имя
попадет в газеты, - угрюмо ответил Мартин. - А теперь прочь с дороги,  и
если хотите, зовите полицейского. Я намерен поговорить с Руфью.
   - Я хочу услышать это из твоих уст, - сказал Мартин.
   Ее кинуло в дрожь, она побледнела, но взяла себя в руки  и  выжидающе
посмотрела на Мартина.
   - В письме я задал тебе вопрос, - напомнил  он.  Норман,  нетерпеливо
дернулся, но быстрый взгляд Мартина обуздал его.
   Руфь покачала головой.
   - Ты поступаешь так по своей воле? - требовательно спросил он.
   - Да. По своей воле. - Она говорила негромко, твердо, обдуманно. - Вы
меня опозорили, я стыжусь встречаться со знакомыми. Я знаю, все обо  мне
сплетничают. Больше мне нечего вам сказать. Из-за вас я несчастлива, и я
не хочу больше вас видеть.
   - Знакомые! Сплетни! Газетные враки! Да разве все это сильнее  любви?
Я понимаю одно: значит, ты никогда меня не любила.
   Бледное лицо Руфи вспыхнуло.
   - После всего, что было? - слабым голосом воскликнула она. -  Мартин,
вы сами не понимаете, что говорите. Я не фабричная работница.
   - Вы же видите, она не желает иметь с вами ничего общего,  -  выпалил
Норман и повел Руфь прочь.
   Мартин шагнул в сторону и дал им пройти, бессознательно сунул руку  в
пустой карман в поисках табака и бумаги для курева.
   До Северного Окленда дорога не близкая, и Мартин понял, что она оста-
лась позади, лишь когда поднялся по ступенькам и очутился у себя. Оказа-
лось, он сидит на краю кровати и  озирается,  словно  лунатик,  которого

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 : 142 : 143 : 144 : 145 : 146 : 147 : 148 : 149 : 150 : 151 : 152 : 153 : 154 : 155 : 156 : 157 : 158 : 159 : 160 : 161 : 162 : 163 : 164 : 165 : 166 : 167 : 168 : 169 : 170 : 171 : 172 : 173 : 174 : 175 : 176 : 177 : 178 : 179 : 180 : 181 : 182 : 183 : 184 : 185 : 186 : 187 : 188 : 189 : 190 : 191 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.