Случайный афоризм
Поэт - властитель вдохновенья. Он должен им повелевать. Иоганн Вольфганг Гёте
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе
Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



Этот день в истории
В 1895 году родился(-лась) Сергей Александрович Есенин

В 1832 году скончался(-лась) Вальтер Скотт


в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

вовек не выдам их убежище, и я не выдал. Никогда и никому  и  словом  не
обмолвился, тебе первой говорю. У девушки были  только  самые  начальные
признаки проказы. Немного скрючены пальцы правой руки да пятнышко у лок-
тя. И все. Сейчас ее, наверно, уже нет в живых.
   - Неужели ты не боялся? И как, наверное, рад был,  что  выбрался,  не
заразился этой ужасной болезнью?
   - Ну, поначалу я малость трусил, - признался Мартин, - а  потом  при-
вык. Да еще очень жалел ту несчастную девушку. И оттого забывал о  стра-
хе. Так она была хороша, и душа прекрасная, и  наружность,  болезнь  ед-
ва-едва коснулась ее, и все же она была обречена оставаться там и  жить,
как живут дикари, и медленно гнить заживо.  Проказа  куда  ужаснее,  чем
можно себе представить.
   - Бедняжка, - тихонько прошептала Руфь. - Удивительно, что  она  тебя
отпустила.
   - Почему же удивительно? - не понял Мартин.
   - Ведь она, должно быть, любила тебя, - все так же  негромко  сказала
Руфь. - Скажи откровенно, любила?
   За время работы в прачечной и долгого  затворничества  загар  Мартина
слинял, а от голода и болезни он побледнел  еще  больше,  но  сейчас  по
бледному лицу медленно разлилась краска. Он открыл было рот, но Руфь  не
дала ему заговорить.
   - Неважно, не трудись отвечать. Это совершенно лишнее,  -  со  смехом
сказала она.
   Но в ее смехе Мартину послышался металл, а глаза блеснули холодно.  И
ему вдруг вспомнился штормовой ветер, что налетел однажды на севере  Ти-
хого океана. Перед глазами возникла та ночь, ясное небо, полнолуние, и в
лунном свете холодно блестят могучие валы. Потом он увидел ту девушку из
убежища прокаженных и вспомнил: да, она полюбила его и оттого  дала  ему
уйти.
   - Она была благородна, - сказал он просто. - Она спасла мне жизнь.
   Ничего больше не было сказано, но Мартин  услыхал  приглушенный,  без
слез всхлип Руфи, она отвернулась, долго смотрела в окно. А когда  вновь
обернулась к нему, лицо было уже спокойное, и в глазах не было холодного
отблеска бури.
   - Я такая глупая, - грустно сказала она. - Но я ничего не могу с  со-
бой поделать. Я так люблю тебя, Мартин, очень люблю, очень. Со  временем
я стану терпимей; а пока просто не могу  иначе,  я  ревную  к  призракам
прошлого, ведь твое прошлое полно призраков.
   Он хотел было возразить, она ему не позволила.
   - Да, это так, по-другому быть не может. И вон  бедняга  Артур  машет
мне, пора ехать. Он устал ждать. А теперь до свиданья, милый.
   - В аптеках есть какое-то снадобье, которое помогает бросить  курить,
- прибавила Руфь уже от двери. - Я пришлю тебе.
   Дверь закрылась и тотчас отворилась опять.
   - Люблю, люблю, - прошептала Руфь и на этот раз действительно ушла.
   Мария, глядя на Руфь с благоговением, что не помешало ей  заметить  и
качество материи на платье и его крой (невиданный в этом  квартале  крой
необычайной красоты), проводила гостью до экипажа. Толпа  разочарованных
мальчишек глядела вслед экипажу, пока он не скрылся из виду, и тогда все
уставились на Марию, которая вдруг стала самой выдающейся  личностью  на
всей улице. Но один из ее же отпрысков положил конец торжеству матери  -
объявил, что важные господа приезжали не к ней, а к постояльцу. И  мимо-
летная слава Марии угасла, зато Мартин стал замечать, что окрестные  жи-
тели - все народ скромный - взирают на него почтительна. Что  до  Марии,
ее уважение к Мартину возросло невероятно,  а  будь  свидетелем  приезда
господ в экипаже португалец-бакалейщик, он наверняка открыл  бы  Мартину
кредит еще на три доллара восемьдесят пять центов.
 
   Глава 27
 

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 : 142 : 143 : 144 : 145 : 146 : 147 : 148 : 149 : 150 : 151 : 152 : 153 : 154 : 155 : 156 : 157 : 158 : 159 : 160 : 161 : 162 : 163 : 164 : 165 : 166 : 167 : 168 : 169 : 170 : 171 : 172 : 173 : 174 : 175 : 176 : 177 : 178 : 179 : 180 : 181 : 182 : 183 : 184 : 185 : 186 : 187 : 188 : 189 : 190 : 191 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.