Случайный афоризм
Чтобы были довольны твои читатели, не будь слишком доволен собой. Вольтер (Мари Франсуа Аруэ)
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе
Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

                                Рекс СТАУТ

                          ПРИГЛАШЕНИЕ К УБИЙСТВУ




                                    1

     Опрятно одетый крошечный человечек обиделся. Он был явно задет.
     - Нет, сэр, - запротестовал он. - Ошибаетесь. Это отнюдь не  мелочные
семейные дрязги, как вы позволили себе выразиться. Разве я не имею  вполне
законного права интересоваться всем, что так или иначе  влияет  на  судьбу
состояния, нажитого моим отцом?
     Не обладая и половиной  того  веса,  которым  природа  наделила  Ниро
Вульфа, он совсем утонул в недрах красного кожаного  кресла,  стоявшего  в
трех шагах от стола великого сыщика.
     Сам Вульф, удобно заполнив необъятных размеров кресло  позади  стола,
мрачно разглядывал предполагаемого клиента  -  господина  Германа  Луэнта,
жителя Нью-Йорка и Парижа.
     Что касается меня, то, сидя с блокнотом и ручкой наготове, я сохранял
нейтралитет, так как вечером -  это  была  пятница  -  собрался  пойти  на
свидание, а окажись дело срочным и согласись мы за него взяться,  тогда  -
прощай, выходной.
     Вульф, как всегда, когда его  о  чем-нибудь  упрашивали,  пребывал  в
смятении. Он терпеть не мог работать, но любил есть  и  пить,  а  все  его
обширное хозяйство в старом  каменном  доме  на  Западной  Тридцать  пятой
улице,  включая  орхидеи  в  оранжерее  на  крыше,  требовало   непомерных
финансовых затрат.
     Единственным источником средств к существованию служил доход частного
детектива, и как  раз  сейчас  на  краю  его  стола  лежала  пачка  купюр.
Положивший ее туда Герман Луэнт заявил, что это тысяча долларов.
     - Откуда у вас такое право? - спросил ненавидящий работу  и  все  еще
пребывающий в смятении Вульф.
     Мистер  Луэнт  был  человеком  до  крайности   миниатюрным.   Щуплый,
низенький, с маленькими ручками  и  ножками  и  тощим  лицом,  на  котором
виднелся сжатый в точечку  совершенно  безгубый  рот,  он,  очевидно,  уже
вступил в тот возраст, когда начинают сморщиваться и  усыхать.  Однако  на
слабака он не походил. Заглянув в его проворные маленькие серые глазки, вы
понимали, что этому человеку были  известны  ответы  на  многие  и  многие
вопросы и что даже по поводу тех, ответы на которые он  не  знал,  он  мог
высказать весьма разумные догадки.
     Он все еще злился на Вульфа, хотя старался этого не показывать.
     - Я решил обратиться сюда, - произнес Луэнт, - потому  что  мое  дело
требует очень деликатного подхода, и лишь сочетание достоинств таких  двух
мастеров, как вы и мистер Гудвин, позволит в нем  разобраться.  Поэтому  я
готов терпеть  ваши  грубости.  Необходимое  мне  расследование  абсолютно
законно, ибо состояние, о котором идет речь, было нажито  моим  отцом.  Он
владел медными рудниками. Моя мать умерла, когда я еще лежал  в  колыбели,
поэтому некому было научить меня, как себя следует вести. Никто и  никогда
не пытался этого сделать, а теперь, видимо, учиться уже поздно.  Несколько
месяцев назад я содержал трех любовниц: в Париже, Тулузе и Риме, и одна из
них попыталась меня отравить.
     Я внимательно оглядел его и решил отныне не  верить  ни  единому  его
слову. Просто не та у него была комплекция.
     Он продолжал:
     - Теперь я немного  остепенился,  годы  есть  годы,  но  в  молодости
славился ветреностью. Отец этого не одобрял и  в  конце  концов  отказался
видеться со мной, не давая, правда, умереть с голоду.  Он  был  достаточно

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.